Всё это так старо, но выдается как нечто новое

и он разыскивает не отдельную

— Противно? Так пусть подаст прошение об увольнении. Могу уволить и без прошения. Вся наша работа не ангельский небесный хоровод. Он прав, мы скорее черти, чем ангелы. Чертям же дозволено применять любые методы, включая и такое, когда рогатый и лысый черт превращается в прелестную девушку и соблазняет воина, чтобы затем отнять у него оружие. И пусть Леон”д Петрович Меныциков — теперь я догадался, о ком ты говоришь,— идет служить по другому ведомству. Я позабочусь, чтобы там противно ему не было. Но провока-торство я поощрял и буду поощрять. Без этого мы слепы.

— До чего же сложна жизнь! Все это так старо. И вдруг иногда выдается как нечто новое. — Александра Николаевна страдальчески приложила ладони к вискам. — Ну в самом деле, Сережа, что этот Меныциков, даже для себя, неужели только сейчас сделал свое открытие? Ведь это же какое-то мелкое интриганство!

— Всякому свое. Кто на какое способен. Меныцикову, может быть, и хотелось бы затеять против меня грандиозную интригу, да кишка тонка. А что касается его нелюбви к провокациям, то у кого-кого, а у Меныцикова рыльце больше других в пушку. Когда я говорил о рогатом и лысом черте, я имел в виду как раз его. Он, войдя в доверие к некой Баренцевой, затем продал ее и всех ее товарищей. Правда, без любовных интриг…

Зубатова не покидало игривое настроение. Все, что он говорил даже прямолинейно и грубовато, тем не менее было сдобрено мягкой улыбочкой, стремлением не огорчить жену, а просто лишь позабавить.

— Чего же он хочет? — с досадой вырвалось у Александры Николаевны.

— А чего хотел, например, Кременецкий? Вот, по-моему, примерный ход его мыслей. Убивают — террористы — эсьры. Кременецкому, как преемнику Пирамидова, надо показать, что он способнее его. И он разыскивает не отдельную личность, террориста, а находит целый склад бомб. Здесь уже зашевелится мысль и

о том, что быть лишь начальником петербургского охранного отделения для него маловато.

— Его ведь и перевели куда-то. Сейчас в Петербурге Созонов.

— Да. Между прочим, Яков Григорьевич мой человек. Но ты или забыла, Сашенька, или я тебе нэ рассказывал. Склад бомб оказался фальшивым. Его устроил сам Кременецкий и сам же потом «нашел». И поехал в Иркутск. Только не губернатором, а полицмейстером. И то по доброте Вячеслава Константиновича, е/о всегдашнего покровителя.

Related Posts

Отбросил все до того томившие его сомнения

Теперь мысли Дубровинского приняли иное направление. Да, хотя Япония и поступила вероломно, напав на наш флот втихомолку, сама эта война выгодна царскому правительству. Она всколыхнет волну где искреннего, а где и показного патриотизма, отвлечет на время (далее…)

Read More

Сохранить мир в партии

Пришлось ей возразить. Не убегать куда глаза глядят надо, а сообща действовать, бороться с хозяевами. Женщина безнадежно махнула рукой: попробовали, поборолись. А пока солнце взойдет, роса очи выест… Он сидел, пригревшись на теплой, мягкой перине — зябли (далее…)

Read More

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Поиск